До свидания

Вчера столкнулась с коллегой — и он сразу: «Видел вас в Пьюре, хотел лайкнуть, но решил спросить лично, этично ли». Я так удивилась, что промямлила «ой, вы меня с кем-то перепутали». Надо было сделать вид, что знать не знаю никакого «Пьюра». Да что вы говорите, поиск партнера для секса? Да как вы могли такое подумать, я же кандидатка наук!
Я не ханжа, и мне давно нравится этот коллега. Интеллигентный, вежливый, с серьгой в ухе — не какой-то академический сухарь. Честное слово, собиралась на следующем факультетском междусобойчике сказать наконец что-нибудь непринужденное. Спросила бы, кого вы больше любите, Бурлюка или Велемира Хлебникова? Ох глупость. Я так давно ни с кем не знакомилась, не флиртовала. Про секс я вообще молчу. Почти забыла, как это делается.
Чтобы вспомнить, поставила дейтинг-приложение. Только не рассчитывала попасться на глаза знакомым!
Коллегу в приложении нашла быстро, но не сразу узнала. На фотографии он с голым торсом и в кожаных штанах. Снято посреди какого-то рок-фестиваля. Увеличиваю фотографию, рассматривая детали. Орнаментальная татуировка на плече, мускулы на руках очень, хм, приятных очертаний. Перстень в виде птичьего черепа. Живот неплоский, но и не дряблый. Особенно долго я рассматриваю причудливую пряжку ремня. Ну кого я обманываю, конечно не пряжку, а натянутую ширинку под ней. Я представила себе, что там под кожей и молнией, вообразила, как молнию расстегивают сильные пальцы, а пряжка приглушенно звякает. А я словно смотрю на это близко-близко, и вот чужая ладонь ложится мне на затылок… Моя собственная левая рука, не в воображении, а в самой что ни на есть реальности оглаживает внутреннюю поверхность бедра, отодвигает тесные трусики.
Телефон коротко дрогнул в руках и я чуть не выронила его. Высветилось сообщение:
Привет! Я очень надеялся, что ты поставишь мне лайк в приложении, но не вытерпел. Асия из кадров сдала твой телеграм за одну шоколадку.
Я вдыхаю и забываю выдохнуть. Пока я раздумывала, что ответить, упали еще два сообщения.
Ничего что я на ты? мы же не на работе. Но если это неуместно, я исчезну немедленно и навсегда. Кстати, отличная фотография в профиле Пьюр. Мне так нравится, как соски просвечивают под рубашкой. Очень привлекательно и при этом не пошло. Знаешь, я вижу как все твои все студенты на тебя облизываются… все-все, умолкаю. Ты же еще не сказала «да».
Я на секунду зажмуриваюсь и тоже пишу привет

Я сочиняю, что зарегистрировалась в Пьюре на спор.
Ну конечно) я тоже)
Я пишу, что мне тоже понравилась его фотография. Жаль, что она всего одна.
Я хотел спросить, почему ты в анкете ничего не написала про свои кинки. Что тебя заводит.
«Увидела много незнакомых слов. — Я пытаюсь пошутить. — Думаю, это личный разговор»
Мне не терпится расспросить тебя) Хочу узнать тебя лучше. Можно пригласить тебя на кофе?

Можно — очень сексуальное слово. Мы попрощались до вечера. У меня есть время принять душ и поваляться. Надо изучить, что там в его анкете, вдруг он, хаха, маньяк?
Не-ет, маньяк — это я. Мы еще не встретились, а я уже представляю, как мы окажемся в одной постели. Я честно признаюсь себе, что хочу. Хочу, как кошка в марте.
…Ему нравятся татуировки — мм, ожидаемо. Ему нравятся стоны — мм, надеюсь он сразу поймет, как их извлечь из меня. Долгие поцелуи. Боже, как давно у меня не было секса. Массаж, шлепки и укусы. Я представляю, как слегка впиваюсь зубами в его влажное плечо, и мне становится еще жарче. Меня возбуждает, что мы будем говорить о сексе до того, как им занятся. Оказывается, такой кинк в его списке тоже есть: называется dirty talk, грязные разговоры. Хотя я не вижу в этом ничего грязного. Мне кажется, очень разумно узнать все предпочтения «на берегу». Сегодня у меня такое настроение, выйти из образа строгой училки, быть смелой и даже чуть непристойной.
Медлю и рассматриваю себя в зеркале. Мне нравится моя грудь, у нее красивая форма. Наверное, ему тоже захочется рассматривать ее и поглаживать, вот так. Я провела рукой по округлости, чуть задела пальцами сосок. Очень приятно представлять его руки вместо своих. После душа я капаю на ладонь немного массажного масла и начинаю втирать в кожу начиная с пальцев ног. Я так соскучилась по прикосновениям. От поглаживаний тело пробуждается, дыхание становится глубже, чуть напрягаются соски. У масла терпкий, животный, чуть мускусный запах — очень сексуальный, как от шелковых простыней после бурной ночи. Мои пальцы поднимаются выше, массируют бедра и ягодицы, переходят к животу и чуть касаются лобка. Я не убираю волосы полностью, оставляю аккуратную полоску, мне кажется это знак взрослой женственности. Я чувствую прилив желания. Может быть, я не красотка в общепринятом смысле, но я уважаю свое тело за ту работу, которое оно проделывает каждый день и за то удовольствие, на которое оно способно. Я разрешаю себе ходить по дому без одежды — это мое пространство, безопасное и удобное. Включаю музыку: мне хочется пофантазировать о сегодняшнем вечере. Я предложу прогуляться, поболтать. Сначала будут дежурные темы — про работу, про коллег, про студентов. Интересно, кто первый перейдет к личному? «Вы знаете, предмет моих научных интересов в данным момент — эротическая лирика Гая Валерия Катулла». Я продолжаю сцену в своей голове. Он возьмет меня за руку, я почувствую тепло и расходящиеся волны электричества из точки, где касается ладонь. От руки к груди, к шее, к губам. Будут объятия и осторожные поглаживания. В какой-то момент он остановится и посмотрит мне в глаза, близко, близко, еще ближе, так что лицо поплывет и расфокусируется. Я представила, как касаюсь кончиком языка его крепких зубов. А его губы окажутся на моей шее и он чуть лизнет мою кожу, пробуя на вкус…
Мне уже не терпится. Почти падаю на кровать, застеленную скользким шелковым покрывалом. Вытягиваю вверх руку с телефоном — камера включена — с удовольствием смотрю на плавные изгибы своего тела, пронзительно-белого на фоне темно-синей ткани. Делаю фотографию. Очень хочется ее отправить, но я бросаю телефон рядом и прикрываю глаза, продолжаю свое мысленное свидание. Моя рука скользит по груди, по животу, гладит нежную изнанку бедра и поднимается чуть выше. Уже очень влажно, очень скользко. Средним пальцем я едва провожу по клитору. Прикосновение такое острое, что я едва не вскрикиваю. Я чувствую как прибывает влага, как усиливается и расходится волнами и жар. Прижимаю палец к самой чувствительной точке, слегка нажимаю, ритмично, но медленно, медленно. Я хочу, чтобы он это делал со мной, дразнил, тянул мое удовольствие, как сейчас это делаю я сама. Мне не важно, где то будет — у него, у меня, в почасовом отеля — о, ммм! Меня это заводит, это немного по-блядски..
Палец скользит вверх и вниз, я нахожу нужную силу и амплитуду, чуть медленнее музыки, чуть быстрее стука сердца. Обычно мне нужно много времени, я люблю оттягивать оргазм долго балансировать на краю. Я представляю, как он раскрывает мои колени внимательными сильными руками и спрашивает: «Чего ты хочешь? Скажи!» Он осторожно прикасается к клитору пальцем, как я сейчас. Медленно проводит вниз. «Какая ты влажная… ты же хочешь. Скажи» «Я хочу» Палец движется плавными кругами, и я раскрываюсь навстречу как бутон. «Тебе нравится? Еще? Вот так?» «Да!» «Можно я попробую тебя языком?» Я представляю, как он касается языком клитора, сначала осторожно и мягко, потом все настойчивее, интенсивнее. Он целиком занят моим удовольствием, я почти чувствую его язык там, где сейчас мои пальцы, я загораюсь от его желания и теку как сучка. Я хочу смотреть на его напряженный член, как на нем взбухают вены и до предела натягивается кожа. Мои бедра приподнимаются навстречу, один палец проскальзывает внутрь. Мне не нужен член внутри, чтобы кончить, но само проникновение, сильное, наполняющее мне приятно. Он скажет: «Хочешь кончить сейчас? Для меня? Тебе надо только попросить, и я сделаю это с тобой. И буду смотреть».
Я представляю его прожигающий взгляд. Он с трудом сдерживается и продолжает ласкать мой клитор языком и пальцами. Он чувствует свою силу и власть, и мое желание, и может в любой момент перевернуть спиной к себе, поставить одним движением на колени и войти сразу глубоко и резко.
Я хочу кончать от его пальцев. Я скажу, что больше не могу сдерживаться и услышу в ответ «ммм, я тебе помогу, да, вот так? Да? А вот тааак? А сейчас? Еще? Хочешь еще?»
И я сдаюсь: электричество пронзает все тело, каждый нерв натягивается стальной струной, вокруг клитора все пульсирует, сокращается и расслабляется. Я выгибаюсь дугой, с губ срывается только сдавленное «мммммммм». Падаю на шелк совсем без сил. Чувствую, что воздух в комнате сгустился и запа́х моей влагой, моими духами, моим наслаждением.

Когда мы встретимся вечером, он скажет:
— Я должен тебе признаться. Я весь день смотрел на твою фотографию.
— И я на твою.
— Правда? И что ты делала?
— Пойдем, я расскажу. Ну его, этот кофе.
— И покажешь?
— Если захочешь, — улыбнусь я и возьму его за руку. Первая.